Category: кино

Category was added automatically. Read all entries about "кино".

(no subject)

Одному мальчику мама все время говорила «Не смотрел бы ты, мальчик, рекомендованные фильмы. Хуже будет».
А он не послушался и посмотрел фильм из списка «10 фильмов, которые навсегда изменят вашу жизнь».
Посмотрел и начал созерцать бытие. А бытие, сволочь такая, все не менялось и не менялось.
Тогда мальчик пришел в редакцию портала с вопросом «Вы вообще осознаете, нет?».
А в редакции не хотели сознаваться, что не осознают и, поэтому, взяли мальчика копирайтером.
Мальчик три года писал «Этот клип не оставит вас равнодушным», «534 хитрости на кухне, о которых никто не знает», «Это неимоверно трогательная история о том, как лошадь избила седлом всадника».
А потом по ошибке запостил свою фотографию и его начали бить уже не просто так, а поделом.
И его жизнь таки изменилась. А фильм был – фигня какая-то. Артхаус какой-то про жизнь задом наперед.

А чуть раньше случилась, казалось бы, совершенно отдельная сюжетная линия. Один мужик вдруг купил себе триммер для бороды. Потому что сил уже не было – и там торчит, и тут не в ту сторону растет. И вообще – не ламбер-сексуал, а какой-то беглый дьякон. Привел, значит, в порядок бороду – глянь, а там уже и морщины, и кожа сухая и безжизненная. Тогда пришлось ему идти обратно в магазин, где он триммер покупал. А там его уже ждут, хохочут демонически и довольно потирают руки. Впарили, значит, ему косметику всякую. Не факт, что для мужчин. И одежды глупой напихали. Красное там всякое, белое. И, главное, подло восхитились. Дескать, другой совсем человек.
А он в зеркало посмотрел и понял – точно другой человек. И стало ему от открытия этого настолько волнительно, что башня его уехала невозвратно. Ушел тогда с работы этот мужик, любовницу бросил, продал квартиру, на вырученные деньги купил себе айфон и палку для селфи. И начал снимать артхаусный фильм, которых должен менять сознание. Поскольку этот фильм артхаусный, начал он снимать его задом-наперед – вот он красиво одетый и ухоженный, а вот он уже два дня не моется и бороду триммером не ровняет.
В общем, запустение, шмотье изнашивается, морда зарастает – фильм снимается. Снимал-снимал, пока его санитары не поймали.

А снятый материал стырил один врач, смонтировал как умел и выиграл конкурс артхаусных фильмов.
Открытие, мол, то-се, никогда такого не было. Неудобно потом врачу стало и, чтоб как-то отблагодарить пациента, выписал добрый доктор ему галаперидол. От этого у пациента начались явления тревоги, страха и нарушения цикла «Сон-Бодрствование». В общем, на измену присел и стал похож на заправского артхаусного режиссера.

А доктор, в свою очередь, стал кинокритиком, искусствоведом и экспертом в области кино. За это его били на улицах, в подъезде и в прямом эфире. А доктору хоть бы хны – рейтинги растут, гонорары тоже. А травматологов знакомых у него пруд пруди. А дома говорил, что на карате записался и синяки с переломами оттуда все. А телевизор домашним смотреть запретил, чтоб его не спалили на передаче «Научно о кино», телеуроках «Методы манипуляции общественным сознанием» и сводках о чрезвычайных происшествиях.
Семье, понятное дело, внушил, что телевизор только быдло смотрит, а интеллектуальные люди по соцсетям шарахаются и гениальные цитаты великих людей постят. Гонорары от всех прятал, на проксях ресурсы закрывал – в общем, так себе человечишко был, хоть и селебрити. Однажды шел он себе по улице, глядь – а там интернет-сообщество одного копирайтера бьет. Подошел поближе, стоит, радуется. Еще бы – не его же бьют. А копирайтер в какой-то момент узнал доктора и как закричит «Вот он! Это он снимает фильмы, которые стопудово изменят вашу жизнь! Это из-за него я такой стал!». Все остановились, пожали руку сволочи-доктору и вломили мальчику еще сильнее, чтобы на интеллектуальную элиту не прыгал. Ну и доктору малость вломили, чтобы не зазнавался и смотрел без апломба. Потом еще добавили, потому что не были уверены, что встретят доктора еще раз.

И сидели они на асфальте темного города, размазывая кулаками боль по тому, что когда-то было лицом. В звездное небо смотрели, чтобы унять струи творчества, вырывающиеся из перебитого носа. Не разговаривали, чтобы не ломать настроение ночи. Не называли друг друга по имени, не обсуждали общей беды, не разделяли причину и следствие. Просто сидели и наслаждались общностью. Пониманием, что теперь они не одни. Что болит у обоих одинаково. И что завтра кому-то будет так же как тебе. В общем, все к лучшему.

Запись опубликована Личный блог Фрумыча. You can comment here or there.

Выходные на диване

Папа садится на диван с ноутбуком, подключает наушники, запускает фильм...
— Папа, папа, послушай.
— А?
— Я хочу сказать кое-что...

Папа быстро осознает, что:
А) он — отец и ребенок в нем нуждается.
Б) Он – скотина и уделяет внимания меньше, чем должен.
В) Годы идут и скоро детям с ним станет неинтересно разговаривать просто так.
Г) с понедельника — все по-новому, два раза в неделю театр, гулять каждый день, с работы уволиться.
Д) Вынуть наушники из ушей и послушать.

— Да, Дарья.
— А вот ммм... (круг по комнате быстрым шагом) Я хотела сказать... (ногами что-то среднее между джигой и лезгинкой)... вот когдааа... (подпрыгиваем на одной ноге)... Да что с этими косичками все время? (закидываем косы назад, не прекращая прыгать)... Вот когдаааа... (дефиле в прихожую, выдвигается ящик) ОООО!! Смотри!.. (дробный топот, влетает девочка с походной электробритвой) А это что такое?

— Это тебе рано. И дай бог не пригодится.
Дарья задумчиво смотрит на шайтан-машинку, роняет (ОЙ! ), поднимает, смотрит виновато, понимает что катастрофы не произошло, читает на девайсе.
— Браун. Почему браун, если это блу? Она же синяя.
— Отнеси это на место, пожалуйста. Браун – так называется фирма, которая делает бритву.
— Хорошо. (бритва кладется на пол, вскакиваем прыжком, руки вытираем о платье)
— На место – это где взяла, например.
— Ой! (хихикает, поднимает бритву, кладет на книжную полку, вытирает руки о платье) А я вот хотела сказааааать... (прыгает что-то вроде летки-енки, косы снова впереди) Да что такое, с этими косами!! (косы на спину, челку срочно поправить, заколка отлетает в коробку с игрушками) Ой! А куда она? Можно высыпать?
— НЕТ!!! — Папа мигом представляет ровный слой игрушек по всей комнате. – Давай другую зацеплю?
— Нуууу... (руки к груди, в глазах вселенская скорбь) Я этууу хочууу.
Папа со вздохом поднимается, начинается поиск заколки в игрушках.
— О! Это из киндера. Знаешь, сколько я это искала? О! Твайлет Спаркл. О! А у нас батарейки есть? Давай в пистолет батарейки поставим? Как нет батареек? Я знаю где они! (дробный топот, выдвигается ящик в прихожей, дробный топот обратно). Вот! Есть же! Неееет. Это не плохие! Эти подхооодят!! Щас принесу отверку
(дробный топот, звяканье ящика с иструментами, что-то с грохотом валится) ОЙ!
У папы в голове картинка с отбитой газовым ключем ногой, придавленной дрелью девочкой. Папа прислушивается в ожидании плача.
(из прихожей) — Мама тебе говорила сложить инструменты, а ты?
— Я говорил тебе не трогать ящик с инструментами, а ты?

Папа поднимается и топает к кладовке в прихожей. Успевает как раз вовремя, чтоб увидеть, как коробка с мелкими гвоздиками открывается и все содержимое просыпается на пол.
— Ой. (два виноватых глаза, размером с юбилейный рубль) Я нечаянно. Ты не закрыл.
— Не скачи, щас гвоздь в пятку вгонишь и будешь выть.

(пантомима «Очень послушная девочка не двигается и старается дышать через раз, пока ее не поднимут и не вынесут из эпицентра»)
Папа укладывает инструменты обратно в ящик, собирает гвоздики, тяжело вздыхает)
— А эта штука для чего?
— Это шестигранник, дай сюда, пожалуйста.
— А он зачем?
— Закручивать саморезы такие.
— А что такое саморез?
— Это винт, который сам закручивается в дерево.
— А зачем ему туда?
— Чтоб одну деревяшку к другой прикрепить крепче.
— А где ты прикрепляешь деревяшки?
— Нигде не прикрепляю, но когда надо будет – прикреплю.
— А почему он тогда сверху в инструментах?
— ээээ. – Папа понимает, что шестиграннику вообще не место в верхнем ящике. – Просто туда положил.
— Он тебе нужен был, раз ты его брал?

Папа дезориентирован, как англичане в бурскую компанию и поступает подло, как международный валютный фонд:
— Ты будешь собирать гвоздики или нет? Это ж ты рассыпала.
За спиной пыхтят:
— Вооот. Второй... Еще один... Да иди ты сюда... Их же нельзя в рот класть?
— Ни в коем случае нельзя.
— А и не ложу.
— Кладу.
— Не кладу я! Вот – три штуки. Я щас.
Дробный топот в сторону кухни, слышно как включается лаптоп, включаются мультики.
Папа собирает инструменты, кладет ящик на место, идет обратно к дивану, включает кино.
Дробный топот из кухни.
— Папа, папа?
— А?
— Я же не рассказала! Знаешь, что хотела сказать?
— Что?
— знаешь ... (круг по комнате быстрым шагом) а когдя яяя... (джига ногами) то есть когда мы в саааадике (прыжки на одной ноге) Да, что с этими косичками?! (косички за спину, прыжки двумя ногами) А ты нашел заколку?
Папа вынимает наушники и встает с дивана...

Запись опубликована Личный блог Фрумыча. You can comment here or there.

мимими такое

- Пааап, нуу включиии мультики на ноутбукее!
- Дарья, не ной!
- А ты включишь?
- Нет.
(вздыхая)- Значит надо ныть.

- Я не плакала на утреннике в садике совсем! А мальчики плакали!
- А почему они плакали?
- Не знаю. Наверное, боялись, что я их подарки съем.

- Дарья, что интересного произошло пока папы не было?
- Наступил ноктябрь и восемь во дворе.

- И котенок пришла...
- Котенок - он. Котенок пришел.
- Пришел... А там шар надулсы...
- Надулся.
- Надулся... А дай мне яблоко?
- Сначала ужин, потом яблоко.
(надувшись) - Тогда котенок - она! А шар - надулсы!

- Я ни в какой садик не хочу! Я хочу спать. И омлет.

Девушке Дарье сегодня четыре года. Побегу искать "нада дом такой бумажный. И кубики, только много. И журнал про человека."
Collapse )

О книжках

У Вики очередная книжка вышла.
http://kirdiy.livejournal.com/119486.html - тут подробности.

Collapse )

Я к этой книжке писал... даже не знаю - рецензия ли, текст ли... Я понимаю, что мои рецензии к книжке про живопись - это так же неестественно, как румынский рэп, но все таки приведу текст:


Все люди видят что-то. Даже с закрытыми глазами – какая-то картиночка вырисовывается. То ли «Вот он я, в ягуаре еду по хайвею», то ли «Это моя яхта», то ли «Ленка-недотрога просит у меня прощения». Выключить эту картинку можно простым подзатыльником и фразой «Проснись, тетеря!». Ну или еще как-нибудь. Можно гуманнее даже. Пылесос, например, включить.



Но иногда с человеком или где-то рядом случается катаклизм какой-нибудь: цветочный горшок на голову упадет, или молния где-то рядом ударит. Или совсем уж банальное – ураган уносит куда-то далеко вместе с домиком и собачкой Тотошкой. Тогда человек вдруг начинает видеть Правду. Ванги, Глобы и Остальные Предсказамусы это только подтверждают.



Я боюсь предположить что случилось где-то рядом с Викторией Кирдий в далеком прошлом или даже позапрошлом году, но с тех пор она начала видеть Правду.



Сначала она видела Правду о прошлом. Видела как Менделеев тяжко стонет во сне придумываю свою таблицу. Как Столыпин ругается со своими крепостными по поводу крепостного права. Как Наполеон заставляет Жозефину подшить ему треуголку. Как Цезарь, гнусно ухмыляясь, третий раз входит в одну и ту же реку.



Затем она начала видеть будущее. Как люди станут добрыми, богатыми и не более пяти килограмм лишнего веса. Как большие, человекоподобные роботы водят детей в детский сад. Как гастарбайтеры будущего с веселой песней строят небоскребы для службы миграции. Ну и прочие неважные вещи. Такие как курс валют через месяц, два, полугодие и год, кто выиграет в чемпионате мира по бросанию бревен, какая лошадь придет первой в одиночном заезде и какие при этом будут ставки.



И тогда к Вике потянулись люди. Люди – они такие. Любопытные. Хлебом их не корми, но скажи сколько будет стоить бородинский через двадцать лет. Устав от бесконечных вопросов «Продавать сейчас или обождать пока подорожает?», «А почем камбала будет в третьем гастрономе?», «Будет ли мой суженый иметь хоть какую-то фамилию или просто номер?», Вика решила всю правду нарисовать и издать отдельной книжкой.

И издала. Берите и читайте. А то, что стоимость акций Микрософта через двадцать лет зашифрована в картине «Золотая пыльца Гогена», или что имя суженого спрятано в картинке «Сватовство Федотова», или что прогноз по рынку недвижимости весь уместился в картинку «Комодик Сальвадора» никого не должно смущать.

Она же художник. Она так видит. И это ее право.

дыбр

Вернулся.
Читал ленту.
Вынес следующее - надо запретить сериал про школу (не смотрел), фильм "Аватар" (смотрел, но как-то пофигу - кино себе и все тут), праздники (отдыхал, конечно, но восстановление займет время)... чего там еще было... А да! Телевидение. С уверенностью могу сказать, что неуверен уже, что запрет вещания российских каналов означает борьбу с русским языком, а не с репертуаром. С другой стороны - пока есть каналы ТНТ и СТС, остальным каналам можно не париться по поводу рейтингов. Хуже не получится все равно.

Еще, из ленты:

http://rikosha.livejournal.com/1910128.html - у Рикоши с мамой плохо. Помощи просит.

ПС. Дарьсергевна выздоровела и теперь опять вернулась к занимательному принципу "Не спи, девочка. Папа выспится как-нибудь потом.". Всем привет и с прошедшими.

Подопытные

Мужчина был упакован, как пачка вермишели – ярко, плотно, стильно. Мужчина прогуливался неспешным шагом, не зная, что неприятности идут за ним следом. Неприятностей было две – Саня и Семен. Они давно приметили мужчину, оценили его дубленку и положили глаз на его новенький портфель. Сейчас они следовали за мужчиной, выжидая удобного момента для гоп-стопа.
- Ну ты посмотри! – возбужденно шептал Саня. – Прям подарочек такой идет по улице.
- Аванс и получка. – соглашался Семен. – Безбедные выходные, сауна, девочки, алкоголь и еда – все в одном флаконе.
- Только б машину не поймал. – молился Саня. – Ищи его потом.
У гопников, наверняка есть какие-то свои боги и они были сегодня милостивы к парочке – мужчина свернул в какую-то арку.
- Ах ты моя умница! – восхитился Саня и полез в карман за кастетом. – Вперед.
Парочка быстрым шагом устремилась к подворотне.
- Мужчина, можно вас на минуточку? – вежливо окликнул Семен.
- Стой, козел! – не выдержал Саня.
Мужчина оглянулся на экспроприаторов, моментально оценил ситуацию и побежал к ближайшему подъезду.
- Стоять! – закричали санитары рабочих окраин и припустили за добычей.
Мужчина летел аки птица, своей прытью вызывая зависть у далеких от легкой атлетики гопников. Желая сократить путь до подъезда, он выскочил на клумбу и вдруг исчез с легким хлопком. Одежда мужчины и его портфель осели грудой на газоне, а самого его вдруг не стало.
- Ничего себе номер! – притормозил Сеня. – А.. А это как это? Куда он делся-то?
- Чудеса какие! – сказал Саня, подходя к клумбе. – Испарился прям. Был человек – не стало человека.
- У нас будет время это обдумать. – резонно заметил Семен. – Человек, любезно оставил все, что нас интересовало. Есть мысль все это забрать и потом обдумать.
- Ха. И статьи нет никакой. – осознал Саня. – Нашли и все тут. Имеем полное право.
- Ну так сходи и забери все. А я тут... на стреме.. – как-то напряженно скомандовал Семен.
Саня двинулся было к клумбе, но потом остановился и оглянулся на Семена.
- Так значит, да? – негромко сказал он. – Иди, Сань, проверь на себе. Иди, а я тут посмотрю - исчезнешь ты, как тот мужик, или нет. Сам подбери. А я не стреме.
- А я, значит, исчезай, да? – отказался Сеня. – Надо как-то попробовать.
Он подобрал камешек и бросил на кучу одежды.
- Видишь! – неуверенно сказал он. – Камень не исчезает. Значит все нормально. Подбери шмотье и пойдем себе.
- Ага. А я головой ударенный, да? – отказался Саня. – Одежда-то с портфелем тоже не исчезла. Может только живое исчезает. Сам пробуй.
- Кошку что ли какую подманить? – рассуждал Сеня вслух.
- А вдруг животные не исчезают, а люди – запросто? – не согласился Саня.
Тут во двор вошла обычная городская старушка – в глазах подозрительность, на лице недоверие, в уголках рта – ядовитая слюна.
- Что вы тут делаете? – строго спросила она у парочки. – Вы к кому пришли?
- Мы, мадам, мимо проходили просто. – любезно сообщил ей Семен.
- Это не проходной двор! – сурово отрезала старушка. – Нечего тут. Небось по мелкой нужде забежали. Гадят и гадят. А людям жить тут.
- От вас ничего не скроешь, королева! – восхитился Семен. – Но мы передумали. Мы сразу поняли, что тут живут исключительно честные, богатые люди и передумали.
- Чего мелешь-то? – сплюнула старушка. – Сейчас милицию вызову – они вам расскажут где богатые, а где честные.
- Ну как же! – Сеня подмигнул Саньку. – Конечно честные. Вон одежду богатую на клумбу выставили – а никто и не берет. .
Старушка увидела наконец кучу одежды и моментально сориентировалась.
- А я говорила ему – замени веревки! – сказала она, двигаясь к вещам. – Говорила – однажды всю стирку во дворе найдем. Это ж наши вещи. Я постирала с утра. Дубленочку почистила, повесила. Костюмчик. Ботиночки..
- Угу. Портфельчик простирнули. – сказал Саня, оглядывая дом без единого балкона.
- А и портфельчик тоже! – елейно пропела бабушка. – Кетчуп в нем разлился – что ж с ним делать? Постирать только.
Старушка подошла к куче одежды, наклонилась... Раздался негромкий хлопок.
- Вот ведь аномалия какая. – выдохнул Саня, наблюдая как опадают старушечьи вещи. – Прибрал господь грымзу старую.
- Вот сейчас где-то эротическое шоу началось. – покачал головой Сеня. – Надо забирать и уходить. Палкой какой-нибудь к себе придвинуть, забрать и уходить.
- Голова! – уважительно сказал Саня. – Действительно, чего мы паримся-то? Палкой же можно. Палку я вон с тех лесов сейчас отдеру.
Саня вернулся с жердью и завозился у кучи вещей. Семен задумчиво смотрел на Санину косуху. Косуху Саня не давал даже примерить. «Куртку и жену - никому» - бубнил он в ответ на все просьбы. Семен подошел чуть поближе. Саня пытался подцепить портфель палкой и бубнил:
- Надо гвоздь, наверное вбить. Будет как крючок.
- И жену никому! – сказал Сеня и толкнул Санька в широкую спину.
Раздался негромкий хлопок и Семена огрело жердью, за которую только что держался Санек.
- Вот так вот. – ни к кому не обращаясь сказал Семен. – Вот так вот совсем хорошо.
Он взялся за палку и подтащил к себе косуху.
- А жену никому и не надо. Тем более что не было ее у тебя. – бормотал Семен, примеряя косуху. – Как литая сидит.
Он вытащил дубленку, подтянул ботинки и возился в портфелем, когда послышался негромкий хлопок.
- Ах ты гад! – сказал абсолютно голый Саня. – Уже и куртофан примерил, сволочь. Снимай, крыса!
- Сань, это просто так.. получилось! – смущенно бормотал Семен, скидывая куртку. – А что там?
- Что-что..- Саня быстро одевался и стучал зубами. – Инопланетяне там. Для опытов собирают. Мужик там, бабка та... Опыты ставят.
- А ты как обратно? – спросил Семен.
- Никак! Выслали! – злобно сказал Саня. – Негоден сказали. И ржали еще. Даже для опытов не годен, мол. С башкой, мол, что-то. Им, мол, сознательные нужны. Козлы инопланетные.
Раздался негромкий хлопок.
- Здравствуйте, мадам. – галантно поклонился Семен голой старушке. – Мы ожидали вас.


Оригинал этой записи находится на Frumich.com

Сопи, Петя, сопи

Мальчик Петя пригласил девочку Валю в кино. Поскольку в мальчуковом таком возрасте еще невозможно пригласить девочку в ресторан. Из-за отсутствия средств, навыков общения с официантами и несовершеннолетия. Пригласить девочку Валю домой у Петра возможность была, благо что родители весь день исправно торчали на работе, но что с ней делать дома Петр представлял смутно. Да и Кодекс Начинающих Ловеласов запрещал ходить в лобовую атаку. Поэтому оставалось кино.
Девочка Валя благосклонно приняла Петино приглашение, потрепала его по плечу со словами «Не боись, все нормально будет, Петенька» и отбыла краситься маминой косметикой.
Петр тосковал у кинотеатра в ожидании. Тоска подростка вполне объяснима: ВСЕ СМОТРЯТ НА НЕГО, ОСУЖДАЮТ И О ЧЕМ-ТО ДОГАДЫВАЮТСЯ! Каблучки Вали своим цоканьем усугубили тоску Петра. А после того как Валя взяла его под руку, Петр почувствовал себя грязным извращенцем, делающим ЭТО на публике.
- Петр, отчего вы смотрите в пол? – начала разговор Валентина. – Что интересного вам показывают на асфальте?
- Ничего не в пол. – сказал Петр и смело посмотрел на ухо Валентины. – Я на тебя смотрю.
- На этой стадии наших взаимоотношений мы перешли на ты? – обрадовалась Валя. – Вот так вот – вне школы? Что у нас там за кино?
- Дети шпионов! Три дэ! – с ужасом прочел в билете Петя.
- Как это мило. – ласково выдала пенделя Петру Валентина. – Как я счастлива, что это не Морозко и не Розочка и Беляночка. Ну что ж. Пойдемте приглядим за детьми.
- А я и не смотрел какой фильм. Просто билеты взял! – игриво ткнул локтем Петя Валентину в бок. – Какая разница-то?
- Но, но! – строго сказала Валентина. – Сначала поп-корн и кола. Потом уж игрища. Так что устаканьтесь, Петр и дуйте за провиантом для девушки.
Петя купил два больших поп-корна и две колы.
- Это просто праздник какой-то. – восхитилась Валентина. – Пир и вакханалия. Яства и нектары.
- Сама просила. – сказал Петр. – Идем в зал. А то тут люди...
- А в зале у нас гомункулы? – поинтересовалась Валентина. – Пойдемте же скорее в зал, мой рыцарь!
- Отнеси продукты, женщина! – скомандовал Петр. – Мне... Я ... Я скоро...
- В туалет небось? – прищурилась Валя. – Так и скажите – мне в туалет, по делу. Срочно.
- Об этом неприлично говорить! – строго сказал Петр. – Я сейчас.
- Снимите это все на ваш мобильный! И отправьте в программу «Вы очевидец». – крикнула в спину Валя. – Ну а чего? Вы ж очевидец!
Петя, пунцовый со стыда, под чье-то одобрительное ржание нырнул в спасительную вонь туалета. Он умылся. Собрался силами и вышел.
- Как вы быстры, Петр! – одобрила Валентина. – С вами, наверное, хорошо на одной жилплощади жить. С утра без очередей.
- Идем! – буркнул Петя и потащил Валю в зал.
В зале Валя совсем уж раскрепостилась и стала жадно есть поп-корн.
«Не хватит!» - мелькнуло в голове у Пети.
- Это у меня нервное! – пояснила Валентина. – Переживаю очень. А вдруг фильм окажется страшным?
- Не страшный он. – сказал Петр. – Ешь помедленнее.
- Зажали даме корму. – сказала Валентина. – Сиди теперь некормленой в этом темном зале.
В зале погасили свет. Петя вздохнул облегченно и шикнул строго на спутницу.
- Петр, в зале свет погашен, титры уже идут.. Чего вы ждете? – прошептала жарко Валя Петру на ухо.
- А чего? – вдохнул Петя запах Валиных волос.
- Вы не собираетесь нечаянно коснутся моей руки и засопеть взволнованно? – спросила Валя.
- Чего это нечаянно? – раздухарился Петька и взял Валю за руку.
- Придется жрать правой. – вздохнула Валентина. – Левую мужчина держит.
Петя держал руку Валентины и понимал нелепость ситуации. Рука Валентины ему мешала и была вроде как ни к чему, но бросить было неудобно. Тогда он легонько погладил руку Валентины один пальцем затем чувственно сжал ее же.
- Петр, вы ведь не хотите, чтоб я тут забилась в чувственном экстазе? – строго спросила Валя. – Умерьте свой пыл. Зачем такие бурные ласки?
- Недотрога! – прошипел на ухо Петр. – Динамщица!
- О как! – уважительно сказала Валентина. – Да мы, оказывается, теоретически подкованы. Предупреждаю сразу: тронете случайно за ногу – надену поп-корн на голову.
- А если за грудь?! – жарко выдохнул Петька.
- Петр, вы в своем уме? – прошептала Валентина. – Откуда у меня грудь-то? Это вы годика через три меня в кино зовите. А сейчас – не могли бы вы одолжить мою руку на пару минут? Я колу открою и сразу же верну!
Петька отпустил руку. У Валентины что-то пшикнуло и рука вернулась на место с пробкой от колы. Петя погладил руку и пробку и на всякий случай засопел.
- Какой вы романтичный! – хихикнула Валентина. – У меня от вашей любви мозоли на руках будут.
- Я люблю тебя! – прошептал Петя Валентине. – А ты смеешься. Дура!
- Петр, вы только что признались в любви. – строго сказала Валя.
- И что? – уныло протянул Петька.
- Это романтический момент! – прошептала Валя. – Срочно погладьте мне руку еще раз!
Петя погладил руку, засопел и ткнулся носом в щеку Валентины.
- После этого страстного поцелуя вы должны мне дать клятву о верности до гроба. – прошептала Валя.
Петька отнял свою руку и закинул ее на плечи Валентины.
- Всему свое время. – многозначительно сказал он и погладил Валю по плечу одним пальцем.
- А засопеть? – обиделась Валя. – Уже остыли чувства?
- Ты дашь мне кино посмотреть или нет? – Петр переместил руку на талию.
- Да, Петенька. Ты прав. Если я решу смотреть на боковую стену мне так будет удобнее. – положила Валя голову на Петино плечо.
Петя продел руку чуть дальше и чуть крепче обнял Валентину, едва коснувшись ее груди.
- И вправду нету. – выдохнул он
- Засопи, гад! – прошипела Валентина, сбрасывая с груди руку Петра.

Оригинал этой записи находится на Frumich.com

Открытое письмо

Редактор районной газеты «Путь», сидел за столом и горько плакал. В дверь осторожно поскреблись. Редактор вытер слезы, высморкался и сказал:
- Войдите.
В кабинет вошел слегка растрепанный молодой человек. По лицу его с явственным топотом ходила гамма чувств: от чувства негодования, до безумной храбрости.
- Открытое письмо? – скорбно спросил редактор.
- Откуда вы знаете? Вам уже звонили? – всполошился молодой человек. – Что они вам сказали?
- Проклятые времена. – вздохнул редактор. – Все пишут открытые письма. Главпочтамт, а не редакция газеты. У вас к кому?
- У меня ко всем! – гордо вскинулся молодой человек и спохватился. – Ко всем кто почитает Полидевка героем!
И выпучил глаза страшно. То ли решил, что так убедительнее, то ли гипнотизировать пытался.
Collapse )

Вернулся

Вкратце:
Замечательное место, замечательные люди, замечательное море, мало сна, щадящее похмелье.
Был практически счастлив все время.