Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Пастораль. Сон души

Осень медленно вступала в свои права – желтые листья на дорожках бесили дворника, крепостные от безделья били друг другу морды у полных закромов, графиня вздыхала с мощностью в шестьдесят децибел над учетной книгой. Граф молча курил, стараясь выпустить кольцо дыма так, чтоб молодая луна, в какой-то момент, оказалась точно в центре дымового кольца.

- Вы бы, Ваше Сиятельство, поговорили со мной, что ли? – прервала идиллию графиня. – А то у меня, еже-ей, от этих расчетов рентабельности сельхозпродукции вот-вот депрессия случится и последующий припадок ярости. Первый же и пострадаете, между прочим.

- Нерентабельным нонче производство получается? – осведомился граф. – А многие, между прочим, предупреждали в начале сезона.

- Умеете же вы, расточитель моих нервов, тему неудачно выбрать. – неодобрительно цыкнула зубом графиня. – Я тут, между прочим, балансирую на грани своего душевного спокойствия. И уже даже думаю, как бы вам помягче сказать, что хомут на моей шее был бы легче, чем ваше там пребывание.
Collapse )

В кулуарах



- Мы собрались тут, чтоб обудить...- сказал генсек.
- Чтоб обсудить поведение Венцеслава, который не желает строить отношения! – машинально ляпнула ответственная за культуру.

- Бэрримор, а что у нас сегодня на обед? – поинтересовалась пресс-секретарь, кутаясь в меховую жилетку.
- Гречка, мэм. – заржал Бэрримор.

- И тогда бедная падчерица пошла в зимний лес... – рассказывал сказку министр финансов.
- В какой такой лес?!! – с надрывом закричала министр транспорта и экологии.
- Все таки он нас не любит. – вздохнула пресс-секретарь.

- А пойдемьте обедать!!! – радостно закричала ответственная за культуру.
- У тебя деньги-то есть? – засмеялось политбюро

- Пусть они снимут мигалки и пусть сложат свои.... – затараторила красиво одетая женщина из техперсонала
- Мандаты! –обругал ее министр внутренних дел.
- А я что говорил? – закивал министр финансов.

Зам по идеологии подошла к бытовому прибору и страшным голосом закричала:
- Бутербродница! Пудинга навали! (с) Элеонора Рузвельт

- Папа, папа! Там Бабай! – заплакал ребенок.
- Окупай Бабай, сынок! – посоветовал глава политбюро.


Глава политбюро точил нож о брусок.
- Пжив, пжив, пжив! – отзывался нож.

Черпал тут: http://www.kp.ru/daily/25959/2899385/

(no subject)

В моем родном селе Казаклия, на въезде в село стоял неприметный памятник. Памятник жертвам голода 1946-1947 годов.

Collapse )

Блажены кроткие

Originally published at Личный блог Фрумыча. You can comment here or there.

Начальник влетел разъяренным и заорал:

— Где отчет, ироды?! Подставляете меня, да?

Одна из бухгалтеров встала и гневно сказала начальнику:

— Зачем ты сюда пришел и на кого оставил немногих овец тех в пустыне? Я знаю высокомерие твое и дурное сердце твое, ты пришел посмотреть на сражение.Книга царств. Опять же от Луки — В какой дом войдете, сперва говорите: мир дому сему.

Начальник ощупал кокошник, недельную бородку и вспомнил о том, что с прошлой недели в офисе были введены новые правила православной корпоративной этики.

— Простите, Бога ради. Да будут во всякое время одежды твои светлы, и да не оскудевает елей на голове твоей.– пропел елейно начальник и отвесил земной поклон. – Век вам здравствовать дети Божии. Не хотелось напоминать вам, но зачту на всякий от Петра — итак будьте покорны всякому человеческому начальству, для Господа: царю ли, как верховной власти, правителям ли, как от него посылаемым для наказания преступников и для поощрения делающих добро…

— Ну конечно. – поклонилась в ответ бухгалтер. – Однако Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих?

— Воистину так. – кивнул начальник и продолжил грозно. – Однако же и вам нужно помнить: Не величайся пред лицом царя, и на месте великих не становись; потому что лучше, когда скажут тебе: „пойди сюда повыше", нежели когда понизят тебя пред знатным, которого видели глаза твои.

Бухгалтер немного побледнела после слов о понижении и немного сбавила тон:

— Кто любит чистоту сердца, у того приятность на устах, тому царь – друг.

— Возрадуюсь, пожалуй. – смягчился и начальник. –Итак, о чем бишь я? Ах, да. Много хлеба бывает и на ниве бедных; но некоторые гибнут от беспорядка.Не я ли смиренно просил о отчете к сегодняшнему дню? Итак умоляю вас представьте тела ваши в жертву... Ой нет. Это не то. Ага вот. Итак, возлюбленные, имея такие обетования, очистили ли вы себя от всякой скверны? Ибо соврамши по обязательствам не впадаете ли вы во грех? Не вы ли хотели поработать дома?

— Возжелала, да. – кивнула бухгалтер. – Но сказано — соверши дела твои вне дома, окончи их и потом устрояй и дом твой. Но я искренне верю, что прощена буду. Ибо верую, что последуете вы Екклезиасту, где сказано- Не будь слишком строг, и не выставляй себя слишком мудрым; зачем тебе губить себя?

— Нерадивый в работе своей–брат расточителю. – покачал головой начальник. – Опять таки сказано: будьте осторожны, чтобы не сделать в этом недосмотра.

— Прикрывающий проступок ищет любви; а кто снова напоминает о нём, тот удаляет друга. – закусила губу бухгалтер.

— Кротостью склоняется к милости вельможа и мягкий язык переламывает кость. – совсем растаял начальник. — Но мудрость сходящая свыше, во-первых, чиста, потом мирна, скромна, послушлива, полна милосердия и добрых плодов, беспристрастна и нелицеприятна. Итак вы хотели...

— Помыслы в сердце человека–глубокие воды, но человек разумный вычерпывает их. – перебила бухгалтер.

«Отчет, стерва, где отчет?!!» - думал начальник.

«Фиг тебе, родной, а не отчет» - думала бухгалтер.

— Дети мои! не будьте небрежны, ибо вас избрал Господь… — вновь приступил начальник к увещеваниям.

Пасторали. Плутарх

Зимний вечер запрещал Графу разуваться, кутал Графиню в теплую шаль и диктовал темы для разговора.

- Ну отчего же сразу скотство, голубушка? – вещал Граф. – Мордобой, душечка, это скорей традиция. Это выплеск эмоций с минимальным ущербом. Помесь молодецкой удали с мудростью предков, если хотите.

- Где ж минимальной-то? – удивлялась Графиня. – Давеча купцу Митрофанову в драке такое сотворили, что теперича кухарка бегает - на ухо его глядит, перед тем как пельмени лепить. Чистый пельмень заместо уха теперь у него. Уж и не знаю как он слышит через него.

- Так это он сам. Его тогда останавливали, останавливали, а он все равно пытался объяснить грузчикам, что быдло они и животные бессловесные, а не достойные мужи. Поначалу затейливо объяснял – без мата почти. А уж потом упростил для доходчивости. А сам же грузчикам за день до того жалованье выплатил. Нет чтоб обождать пока пропьют все. – хихикнул Граф.

- А вы там были что ли, вашсиятельство? – спросила Графиня. – В подробностях знаете прям.

- А как же, радость моя? – кивнул Граф. – Трактир же. Где ж мне зимой еще быть-то? Опять же Митрофанов доволен. Минимально отделался. Не будь драки – кто б его уважал-то?
Collapse )

C нас тупа - Ющ им!

Мы как-то задали художникам из SIMPALS абсолютно важный, на наш взгляд, вопрос. А именно:
- Что вам подарить к новому году, но не деньги?
Меркантильные художники, узнав что денег им не светит, махнули рукой и абсолютно легкомысленно ответили:
- А все равно. Главное внимание, а не подарок.

В течении недели они получили от нас:
- Карту автодорог Удмуртской АССР
- Выкройки нижнего белья короля Генриха Четвертого.
- Лыжные палки для детей младшего школьного возраста.
- Методические указания по сборке рогов маралов в осенне-зимний период
- Справочник «Восемьдесят шесть фамилий, заканчивающихся на «чуя».»
- Подшивку журнала «Потусторонее» за 1983 год на китайском языке.
- Подставку под фритюрницу неизвестной марки.
- Сборник писем неизвестного слесаря своей возлюбленной.
- Виньетку выпуска 1965 года средней школы номер 8 города Кызыл-Орды.
- Фотографию Укупника формата А3.

То есть, мы решили дарить что-нибудь действительно нужное, а не какие-то там дачи, машины и яхты. Но это неблагодарные товарищи, непонятно с чего вдруг, обезумели от наших даров, закрылись на месяц в своем кабинете и нарисовали вот такую вот поучительную видео-открытку:




Нам стало очень стыдно. И мы решили, что в преддверии Нового Года и Рождества, перед каждым человеком очень остро стоит проблема действительно желанных подарков.
Поэтому мы даем вам возможность вписать свое имя на падающей коробке и намекнуть друзьям и близким, что подарки должны быть полезными.

Все детали и открытки http://tsigan.ru
Вписать свое имя и получить код для блога - http://tsigan.ru/card2.aspx?id=ff1fc575-b07f-4558-82e2-c5a2ea680b60

Пастораль. Романтика

После принятого натощак литра Граф был весел, улыбчив и добр.
- Хочется, знаете ли чего-то эдакого. – мечтательно произнес он, многозначительно уставившись на Графиню.
- Уж литр чего-нибудь эдакого в вас плещется. – неодобрительно ответила Графиня. – Папеньку из-за вас укачало. Папеньку бы пожалели, пьяница. Папенькины годы уже не те. Он уже с мелких доз падает как уровень производства в Молдавии.
- Да нет. – отмахнулся с досадой Граф. – Все бы вам о водке брюзжать. Хочется чего-то другого. Хочется делать глупости. Быть легкомысленным...
- Дайте сто рублей взаймы! – выпалила Графиня.
Collapse )

(no subject)

Я титанического труда человек.
Я пролистал ленту почти за всю неделю. Ибо на протяжении недели был занят - был прикован к веслу на галере. Проще говоря - усиленно работал.

Что хочется сказать - прошлая неделя в ленте прошла под брендом Kaiser.
(издевательски) Либо это варочная панель от solipsistka, либо посудомоечный машинный парк от radulova, либо это еще куча примеров.

Ну в общем, не важно. Есть два вопроса по этому поводу.
Первый:
Почему, если гипотетическая домохозяйка, гениальная solipsistka пишет о варочной панели , там же говорит о поклоннике, о любви и спрашивает "А нафига вообще варочные панели" - это скрытая реклама,
а если человек пишет "Вот такой вот ноутбук хочу" или "Вот такой фотик купил" или "Вот это телефон! Хачу!" - это не реклама?

И второй:
Почему, собственно скрытая реклама-то?
Имхо, скрытая - это когда:
Вильгельм 1-й вошел в кабинет, топнул ногой и заорал:
- Швайне! Басмарк, где вы там ходите?
- Да мой KAISER! - вошел Бисмарк.
- Почему мой кофе холодный! - в бешенстве затопал ногами Kaiser.
- Потому что у нас хреновая плита! - по-военному доложил Бисмарк.
- Позор! - вскричал Kaiser и добавил - Я беру этот вопрос под свой контроль.
- Слава тебе, Господи. - прослезился Бисмарк. - Благодаря Кайзеру у нас появится нормальная плита.
итд итп.

Упд. Этот пост проплачен Солипсисткой, Радуловой, Кайзером, Лигой освобождения домашних хозяек от небрендовой техники, магазином Утконос и обществом адекватных комментаторов.

Пастораль. Женский день

- Вы позволите, голубушка? – Граф галантно наклонился к Графине и вновь облил ее горячим кофе.
- Ай! Сударь, да сколько ж можно? – вскочила Графиня. – На мне же уже живого места нет. Издеваетесь вы, право. Хоть и граф.
- Помилуйте, Анна Афанасьевна. – сконфузился Граф. – Привычки же никакой. Вот и неуклюже выходит все. Ну вы тоже хороши. Нет чтоб порыв оценить. Вот так и гибнут позитивные начинания.
- Порыв!!! Я оценила порыв. Первые три чашки – оценены. Но на мне уже пять чашек кофея, а внутри всего половина. Это кошмар просто какой-то.
- Что поделаешь, дражайшая. – вздохнул Граф. – День такой. По новомодному обычаю, нонче мужчины должны еду не только дамам, но и бабам подавать. А в доме у меня из мужской обслуги – Васька-конюх только. И тот пятого дня запил и валяется невесть где. А кухарка с горничной – бабы. Невозможно их заставить. День такой.
- Кстати... – смущенно заурчала животом Графиня. – Я бы поела, ваше сиятельство. Вот еже-ей поела бы. Вот прям без церемоний бы всяких.
- Дунька! Пожраа... – закричал было Граф, но осекся и вздохнул. - А нельзя, матушка. Нельзя. Ибо Дунька – баба. Нельзя ей к плите сегодня. Розгами отогнал сегодня бабу неразумную. И ведь кричу ей: «Твой день сегодня, дура! Нельзя! Сегодня мужчины у плиты!». Не понимает, плачет только, да тюльпан подаренный жует. До чего ж темная баба. А в доме – шаром покати. Из готового – только масло есть. Сам проверял. Дуньке розог всыпал опять же за то, что запасу никакого. Хлеба даже не пекли ведь.
Collapse )

Осада

- Давай, давай, давай!!! – орали воины, разгоняя таран.
- Зря. Не выйдет ничего. – сказал командир.
- Бабамс! – врезал таран по стене и отскочил, придавив нескольких осаждающих.
- Ну? Ставки? – осмотрел командир штаб осады.
- Человек шесть придавило. – сказал первый консультант
- Семь! – поддержал второй.
- Пятеро. – сказал командир. – По десятке?
- Как обычно. – откликнулись консультанты.
- Доложить потери!! – заорал в рупор командир.
- Пятероооо! – закричали от стены.
- Никчемные лузеры. – сказал командир консультантам, собирая деньги.
- У вас опыт. – ответил первый. – Вы уже двадцатый год в осаде.
- И отец мой тут был. И дед. – кивнул командир. – Куда вам против меня-то? Я этих ударов тут навидался – дай вам бог столько котлет съесть за всю жизнь.
- Умели строить... – окинул стену консультант.
- Угу. И вкруговую. И сверху стена. – кивнул второй. – Странная крепость.
- Угу. – кивнул первый. – И рва нет. И ворот нет. И бойниц нет.
- И внутри не слышно ничего. – добавил второй. – Вымерли, наверное, давно.
- Разговорчики. – прервал командир. – Вымерли- не вымерли – потом узнаем. Как возьмем крепость – тогда и узнаем.
- Как же ее возьмешь-то? – покачал головой первый консультант. – Тараном не пробивает. Взрывать пробовали – тщетно. Подкоп рыли – ничего. Снизу тоже стена.
- И что теперь?! – закричал страшно командир. – Отступать?! Сдаться?!
- Никак нет! – закричали оба консультанта и вытянулись по стойке «Смирно». – Война до победы!!!
- То-то же! – удовлетворенно кивнул командир и заорал в сторону крепости. – Заложить заряд! Сверху взрываем!
- Есть! – закричали от крепости...

- О! Взрывать будут! Сверху, скорей всего! – оживился один из двух крестьян, лежащих в тени у опушки леса. – Лестницы приставили.
- Ну наконец-то. – сплюнул другой. – Уже три дня не взрывали.
- Сверху – так вообще уже месяц не пробовали. – заволновался первый. - Интерес потеряли что ли?
- Не. Не потеряли. Упрямые они. – покачал головой первый. - Двести лет уже бьются в стены. Уже из принципа не уйдут.
- Эт точно. Еще дети наши будут смотреть этот цирк. – сказал второй и закурил.
- Если никто не проболтается. – пожал плечами первый крестьянин.
- Не проболтаются. Они ж не враги себе. – заверил второй. - Эти вояки если узнают, что двести лет просто сложенный камень штурмуют – в живых никого не оставят.
- И к тому же придется признаваться, что двести лет назад в деревне был такой умник, который решил, что если камни скрепить раствором, их воровать никто не будет.