Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

О высоком

- Александр, как вы можете жить в своем обыденном мире? – заломила руки Зинаида. – Неужели вы не понимаете, что в мире есть что-то кроме пива, еды и этого самого...
Александр дожевал обыденность в виде куриной ножки и с интересом взглянул на Зинаиду.
- Нет, я сейчас не про секс вовсе. – помрачнела Зинаида. – Давайте же вырвемся из этого порочного круга.
- Это ж небось и в наглаженное одеваться надо? – недовольно скривился Александр.
- А как же! – воскликнула Зинаида и кинула в Александра выглаженными штанами и безликой опрятной рубашкой.
- А киньте в меня еще и носками, душа моя. – пропыхтел Александр. – Я так понимаю – в шлепках из обыденности мы не вырвемся.
Collapse )

Враги

Originally published at Личный блог Фрумыча. You can comment here or there.

Однажды на пороге гражданина Иванова возник конфликт в виде неприятного, небритого типа с папиросой в зубах. Тип жестикулировал, ругался и выдыхал неприятным запахом.

Иванов минут двадцать пытался понять в чем суть претензий, затем вдруг понял, что именно сейчас драгоценные секунды жизни пропадают впустую и просто закрыл дверь перед лицом визитера.

С утра, у двери Иванова, любой из соседей мог лицезреть надпись «в 41 квартире – казлы!».  Иванов, при виде надписи вздохнул, пробурчал «Детский сад какой-то, чесслово» и пошел на работу.

Вечером тип зашел снова. Был в этот раз чисто выбрит и без папиросы. Показал Иванову на надпись и засмеялся обидно.

— Дурак вы. – сообщил Иванов типу и закрыл дверь.

— Сам дурак, казззел и шизанутый баклажан! – пропел тип торжествующе за дверью и зашагал к лифту.

— Почему баклажан-то? – не понял Иванов. – Может он баклажаны ненавидит?

Он посмотрел в зеркало – нет ли синюшности какой на лице. Синюшности не обнаружилось.

— Ну почему баклажан, а? – все не мог успокоиться Иванов, которого, как и всех, непонятное тревожило и раздражало.

Collapse )

C нас тупа - Ющ им!

Мы как-то задали художникам из SIMPALS абсолютно важный, на наш взгляд, вопрос. А именно:
- Что вам подарить к новому году, но не деньги?
Меркантильные художники, узнав что денег им не светит, махнули рукой и абсолютно легкомысленно ответили:
- А все равно. Главное внимание, а не подарок.

В течении недели они получили от нас:
- Карту автодорог Удмуртской АССР
- Выкройки нижнего белья короля Генриха Четвертого.
- Лыжные палки для детей младшего школьного возраста.
- Методические указания по сборке рогов маралов в осенне-зимний период
- Справочник «Восемьдесят шесть фамилий, заканчивающихся на «чуя».»
- Подшивку журнала «Потусторонее» за 1983 год на китайском языке.
- Подставку под фритюрницу неизвестной марки.
- Сборник писем неизвестного слесаря своей возлюбленной.
- Виньетку выпуска 1965 года средней школы номер 8 города Кызыл-Орды.
- Фотографию Укупника формата А3.

То есть, мы решили дарить что-нибудь действительно нужное, а не какие-то там дачи, машины и яхты. Но это неблагодарные товарищи, непонятно с чего вдруг, обезумели от наших даров, закрылись на месяц в своем кабинете и нарисовали вот такую вот поучительную видео-открытку:




Нам стало очень стыдно. И мы решили, что в преддверии Нового Года и Рождества, перед каждым человеком очень остро стоит проблема действительно желанных подарков.
Поэтому мы даем вам возможность вписать свое имя на падающей коробке и намекнуть друзьям и близким, что подарки должны быть полезными.

Все детали и открытки http://tsigan.ru
Вписать свое имя и получить код для блога - http://tsigan.ru/card2.aspx?id=ff1fc575-b07f-4558-82e2-c5a2ea680b60

Декоратор

Актер, который должен был играть Ромео, очень волновался перед премьерой и постоянно репетировал сцену приема яда. Яды были в свободной продаже в буфете и поэтому немудрено, что Ромео ушел в тяжелый запой.
Джульета знала роль назубок, но ее гражданский муж был жутким ревнивцем, которые презирал любое искусство. Зато очень сильно любил бокс. И поэтому немудрено, что за неделю до премьеры на лице Джульеты ярким синим цветом расцвели два фингала. Причем синяки таких размеров и такой цветовой гаммы, что гримерша на всякий случай купила эмалевой краски в хозмаге.
Назначить на роли Тибальта и Меркуцио двух, неспособных терпеть друг друга человек, возможно, было мудрым решением с точки зрения достижения естественности эмоций при игре актеров. Но было категорически неправильным с точки зрения следования сюжету. Потому что от репетиции к репетиции, поединок этих двух персонажей становился все более яростным и протяженным. И исход поединка становился все более и более непредсказуемым. Смертельно ранить могли и Меркуцио, и Тибальта с абсолютно одинаковой вероятностью. Единственное, что немного спасало ситуацию, это то, что находящемуся в постоянной нирване, Ромео было абсолютно все равно за кем из этих двух типов с яростью гнаться и кого убивать. Поэтому сюжет всегда более-менее возвращался в привычное русло.
Размышления обо всем не давали сосредоточиться директору театра на разговоре с человеком, нанимающимся на работу.
- На какую работу в нашем театре вы претендуете? – рассеянно спросил директор. – Сразу скажу – актеры нам не нужны. Даже гениальные. Даже прирожденные. Даже удивительно талантливые.
- Актером я не хочу. – не поднимая глаз отвечал соискатель на работу. – Глупо создавать картинку, которую сам не можешь увидеть.
- Да-да. – глядя в окно сказал директор. – Осветители нам тоже не нужны.
- Нет. Освещать чужую картинку – мне тоже не хочется. – покачал головой соискатель. – Я хочу свою создавать. Я могу быть художником.
- Рабочий сцены. – огласил приговор директор. – А потом посмотрим.
- А что надо будет делать? – спросил соискатель.
- Собирать декорации. Принести, унести. Перенести. Поднять тяжелое. – пояснил директор. – Это тоже в какой-то мере творчество. Создать иллюзию о
- Я согласен. – кивнул соискатель. – Можно прямо сейчас приступать?
- Конечно. – кивнул директор. – Идите. Там на сцене вам скажут... И чтоб не пить там, ясно?
В любой другой момент директор подумал бы о том, что когда человек не интересуется зарплатой – это немного странно. Но директор поставил три тысячи на Тибальта против Меркуцио в сегодняшней репетиции и не мог думать ни о чем другом.
Тибальт одержал убедительную победу в двухчасовой бешенной рубке. Тибальт, крича «Господи, какой страшный несчастный случай на репетиции», уже готовился перерезать Меркуцио горло, но тут в бой вступил Ромео, которому уже давно было пора репетировать сцену приема яда. И только это спасло Меркуцио жизнь и сбило пыл с Тибальта. Директор счастливо хохотал и хлопал в ладоши. Режиссер, поставивший на Меркуцио, был крайне недоволен и устроил разнос всей труппе.
За этими милыми хлопотами и пролетел практически весь день. О новом работнике директор вспомнил только когда встретил его уже при выходе из театра.
- Ну как вы? Освоились? Вот и чудно! – скороговоркой пропел директор и попытался прошмыгнуть мимо.
- У меня к Вам просьба есть небольшая. – остановил его новый рабочий.
- Аванса не даем. – быстро сказал директор.
- Нет. Я не об этом. А можно я ночью поработаю? – спросил рабочий.
- Сверхурочных тоже не платим. – отбил директор.
- Я не за деньги. – смутился рабочий. – Мы там декорации почти поставили. Хотел поправить немного. Чтоб красиво было. Я по ночам лучше работаю. Можно?
- Нуу.. Можно, наверное. – согласился директор. – Скажите там, что я разрешил.
- Спасибо. – просиял рабочий и пошел обратно в зал.
«Выслуживается. Или ночевать негде просто.» - подумал директор и быстрым шагом двинулся к ужину, дивану, телевизору.
Если мир вдруг собирается грянуть индивидууму со всем дури по ушам, он сначала пытается как-то его задобрить и одарить всякими мелкими приятностями, типа ошибившегося не в свою пользу продавца или многообещающей улыбки симпатичной соседки по подъезду. Директору театра в этот вечер мир отсыпал щедрой пригоршней: мантов на ужин, заранее выброшенный мусор, разрешения полежать на всем диване, спокойный сон, омлет на завтрак и легкой дороги к месту работы. У театра мир разрешил покурить, размахнулся широко и выдал по полной.
- Как хорошо, что вы здесь! – выбежала из театра администратор. – Идите и посмотрите! Спектакль сорван! Спектакля не будет.
- Ромео? Джульетта? – предположил директор.
- Декорации! – выпучила глаза администратор. – Он сказал, что вы разрешили ему работать! Теперь спектакля не будет!
- Он испортил декорации? – не поверил директор. – Хуже они не могли стать. Хуже просто не бывает. Зачем эта паника.
- Он не испортил.... Вам лучше самому посмотреть. – администратор ухватилась за руку и потащила директора в зал.
- Какая прелесть! – ахнул директор. – Это же Верона!
На заднике была изображена самая настоящая Верона. И с задника она потихонечку переходила на сцену.
- Он гений! Гений! – радостно прокричал директор. – Поздравляю вас господа! У нас в первый раз самые настоящие декорации! Как реалистично нарисован задник! Перехода почти незаметно! Он просто гений! Что это за вонь, кстати? У нас опять прорвало канализацию?
- Это запахи Вероны! – сказала Джульетта. – Для полной реалистичности. У них тогда канализации не было. Они на улицу лили все.
- Нет, но каков задник! – восторгался директор уже со сцены. – Даже отсюда – никогда не скажешь, что это нарисовано.
- У нас нет задника. – сообщил один из рабочих сцены. – У нас – Верона.
Он ступил на каменную брусчатку и пошел по улице.
- Это самая настоящая Верона! – прокричал он отойдя на квартал. – Идите сюда!
- Теперь вы понимаете о чем я, понимаете? – защебетала администратор. – Вы понимаете?
Директор отмахнулся от нее и тоже шагнул на улицу. Он подошел к дому и прикоснулся к стене.
- Все самое что ни есть настоящее. – сказал рабочий сцены появляясь из-за угла. – Улица идет вниз. Там мост какой-то. Я погулял немного с утра. Можно заблудиться, кстати.
- Как он это сделал, а? – директор отследил полет какой-то птицы. – Это же...
- Это портал! – сказала Джульетта. – Я про такое читала! Это портал в Верону. В настоящую!
- Дура. – не одобрил Ромео. – В настоящей должны быть люди. А здесь их нет.
- Сам дурак! Здесь были люди! – возразила Джульетта. – Здесь воняет – значит люди здесь были!
- Ну и куда они все делись? И куда делся новый рабочий сцены? – спросил директор.
- Не знаю. Но вы совершенно напрасно смотрите на это с одной стороны! – на улице появился дежурный электрик. – Я вот решил зайти с другой стороны и посмотреть из чего сделан этот задник.
- И что там? – спросил директор.
- А вы прислушайтесь. – сказал электрик.
Откуда-то издалека доносились овации и крики «Браво».
- С другой стороны наш театр. Только в нем люди и они какой-то спектакль смотрят. Я не стал туда выходить. Подумал – вот еще шаг и окажусь на сцене.
- Погоди, погоди...А почему мы видим тогда сцену с которой мы пришли? Неувязочка. – сказал директор.
- Я сильно пьющий электрик, а не академик наук. – резонно заметил электрик. – Откуда мне знать-то?
- Где этот новый рабочий сцены? Где он? Он-то точно знает, что происходит! – закричал директор. – Найдите его!
- Где его найдешь-то? Верона большая. – возразил Ромео, прикладываясь к фляжке с ядом.
- Я кажется знаю. – сказал работник сцены. – И куда люди из Вероны делись – тоже знаю.
- Ну? Не томите! – вскинулся директор.
- По-моему он устроился в местный театр. – сказал рабочий сцены. – Я тут афишку сорвал.
И протянул какой-то холст. На холсте были изображены Марс и Венера и над этим всем красовалась надпись «Divina Commedia».
- Божественная комедия. – перевел директор. – А причем здесь наш новый работник?
Рабочий сцены, вместо ответа, протянул руку и погладил нарисованную Венеру чуть пониже спины. Венера взвизгнула и хлопнула рабочего по пальцу.
- Видимо на заднике декорации к раю рисовал. – добавил рабочий сцены.


Оригинал этой записи находится на Frumich.com

Цирк

Оркестр выдал туш.
На арену выкатился напомаженный и напрудренный Конферансье.
- Дамы и господа! – заорал он во все горло. – Только в нашем цирке…
- Конферансье – не мужик! – заорали с галерки.
Зал взорвался хохотом.
- Кто это там такой смелый? – зорко оглядел галерку Конфераньсе. – Ну-ка покажись?
- На! – встал здоровенный амбал на галерке. – Усмотрись хоть весь.
- Ээээ… Видите ли… – заюлил Конверансье. – У нас тут программа… Это работа.
- Я ж говорил – не мужик. – сказал амбал и сел на место. – Напомаженный, орет, дрейфит.
- Дамы и господа! – продолжил скисший Конферансье. – А сейчас перед вами выступиииииит! Целая семья акробатов! Встречайте – сеееемьяяя! Кууууукушкиных!!
И важно зашагал за кулисы.
Оркестр заиграл «Косил Янош конюшину».
Из-за кулис выскочил Юрий Кукушкин, с разбегу сделал сальто и вскинул руки!
- Оппа! – крикнул Юрий.
- Мааам! Тебя! – закричал детский голос за кулисой.
Читать дальше

Отщепенец

Начало


В этот день Гном из Далекого Леса сидел в хижине и занимался привычным делом – Фигней. Фигня получалась занимательной и хихикала тихо при виде стараний Гнома.
- Стой ровно, дура! – хихикал в ответ Гном и тянулся кистью.
- Сам дурак! Щекотно же! – хихикала Фигня с холста.
- Сейчас рога пририсую! – пригрозил Гном.
- Здраааась. – протянула Фигня. - Две недели назад пририсовал уже.
- Оппа. – удивился Гном. – Я думал это прическа такая. А и все равно. Еще два рога пририсую.
- Так это ж Фигня получится! – смеялась Фигня с холста. – Шестирогая, причем.
- Вот-вот. – кивал Гном и тянулся кисточкой.
- Смысл рисовать, если не видно ни зги, а? – спросили с холста.
Гном оглянулся и не увидел ничего. Потому что в лесу вообще темнеет раньше, а уж в Далеком Лесу темнеть начинает вообще с самого утра. А в домике Гнома свет появлялся только если о притолоку лбом звездануться, да так чтоб искры посыпались из глаз.
- Не буду я головой биться. – отказался Гном. – Во-первых, потому что больно.Во-вторых, так даже прикольнее получается. Наверное. А завтра на улицу вынесу и посмотрю чего вышло. Посмеюсь заодно.
- Хихихихи. Знал бы ты, чего ты мне сейчас пририсовал. – смеялась Фигня.
Гном задумался. Биться головой в притолоку по-прежнему не хотелось. А на рисунок взглянуть хотелось. Вот такой вот дуализм образовался и внутреннее противоречие.
- Угу! – сказал Филин где-то в лесу.
- О! Независимый эксперт! – обрадовался Гном. – И в темноте видит.
Он выскочил на крыльцо и ласково позвал Филина:
- Цып-цып-цып. Иди-ка сюда? Мышь дам! А ты посмотришь, чего нарисовано?
- Ы-ы. – отказался Филин.
- Завтра ж рассветет. – пригрозил Гном.
- Угу. – беспечно согласился Филин.
- Дыдыдымс!! – загрохотало у крыльца.
Collapse )

С праздником....

- Мы несем теткам радость! – пафосно вещал подвыпивший Васька. – Пробники парфюма и флайер на скидочку. Что еще нужно женщине для счастья?!
- Еще два пива – и я тебя подарю первой попавшейся старой деве. Недвижимость дарить сейчас модно. – бурчал Петька.
- Я позвоню сейчас в агентство и попрошу, чтоб в следующий раз мне выдали более живого напарника. – пригрозил Васька. – Я знаю тебя с самого утра и уже уверен, что у парфюмерного магазина должно быть другое лицо. Ты ж реклама ходячая, а не мораль. Ты лицо кампании, а не нудное рыло. Понял?
- Я-то как раз лицо, а не рожа пьяная. – засопел Петька. - Давай уже заканчивать.
- Да тут всего два подарка. Я их сдаю первой же женщине, она плачет от счастья и мы свободны, как валенки пятидесятого размера. Следите, дружище, как работают профессионалы. – подмигнул Васька.
- Дружище... Уже часов шесть как знакомы. – пробурчал Петька и начал следить как работают профессионалы.
Профессионал нажал на копку дверного звонка. «Бамм!» - ударил колокол где-то в квартире.
- Готично очень. – одобрительно кивнул Васька. – И соседям в радость. Набат в ночи – разве может быть не в радость?
- Слушаю вас внимательно. – сказал хриплый голос за дверью.
- Добрый вечер! – затараторил Васька.- У нас рекламная акция от парфюмерного магазина. Мы дарим подарки женщинам в честь женского дня.
- Какая прелесть. – умилились за дверью. – Подарки – это замечательно. Проходите – незаперто.
Collapse )

Награда найдет героя.

- Володенька, я ж тебя зубами буду рвать, падло! - злобно кричал Горбатый.
- Успокойтесь, господин Джигарханян! - успокоил Президент - Вас, за вклад в искусство, мы наградим в следующем году.


Граждане!!!!
Пошлите maha на Бали!
Это единственный способ избавиться от этого баннера во фрэнд-ленте!